Вотум недоверия

Все деловые игры в программе подготовки управленцев основаны на приучении к командной работе. Игра "с нулевой суммой" — разрушительна. И не только в бизнесе, но и в политике. Германия и Франция провели три войны, предпоследняя из которых разрушила европейскую цивилизацию "либерального прогресса", а последняя — чуть не разрушила человечество. А ведь Наполеон III и Бисмарк вполне могли создать такой же альянс, какой создали Аденауэр и де Голль, а сейчас Макрон и Меркель, и уже тогда воцариться над всей континентальной Европой. Тем более что опыт был — австро-французский союз 60-80-х годов XVIII века.

Но перенесёмся в наши дни и в наши масштабы. Посмотрим на события вокруг выборов в Москве с, как было написано в одной из подлейших статей Горького 85-летней давности, "кочки зрения".

Собянин популярен. Его машина пропаганды тотальна. Его даже не сдерживает и не уравновешивает Кремль (в отличие от Лужкова — он делился — и с кем надо).

Но в Москве есть достаточное количество недовольного Собяниным среднего класса (отдельно) и интеллигенции (отдельно).

Разумеется, борьба с ним должна была выглядеть не как кавалерийская атака (по типу кампании Навального пятилетней давности), а как осада (как это делал Кириенко 19 лет назад).

К началу мэрской кампании в активе либеральной оппозиции было:

— две сотни антисобянинских либеральных муниципальных депутатов, условно контролирующих центр и юго-запад столицы, избранных в рамках общей кампании и формально объединённых в две клубные структуры;

— сотни активистов антиреновационной кампании, популярные в своих "дворах";

— трое ярких, раскручённых оппозиционных деятелей, очень хорошо известных в Москве — Гудков-сын, Митрохин и Яшин, за спинами которых были ещё более известные деятели — Собчак, Явлинский и Навальный;

— опытные, проверенные организаторы избирательных кампаний, в т.ч. Кац;

— большое количество опытных и эрудированных экспертов, готовых раздробить на молекулы собянинскую городскую систему и уверенно парировать выступления мэрских апологетов;

— уже складывающаяся традиция электоральных оппозиционных успехов 2013 и 2017 годов.

Понятно было, что шансов на победу и даже на второй тур не было, но был возможен яркий успех, на плечах которого можно было штурмовать Мосгордуму в сентябре 2019 года. Поэтому гипотетическая антисобянинская коалиция могла сделать лицом мэрской кампании будущих кандидатов по округам.

Условия выборов таковы, что кандидат должен обозначить трёх кандидатов в Совфед. Кроме того, есть очень престижное на выборах место главы "теневого кабинета". Им может быть один из трёх "недосенаторов", а может и ещё кто-то.

Таким образом, есть статусные позиции первого ряда для 4-5 деятелей. Ещё можно обозначить будущих вице-мэров (пока — члены теневого кабинета). Это для 5-6 деятелей второго ряда.

Дальнейшее совсем просто. Проводится качественный социологический опрос (с фокус-группами). Или — тянется спичка. Что в миллиард раз дешевле, но только на ¼ менее точно. Главное — "лествиничный" принцип (как при занятии княжеских престолов): вторую позицию получает другой член коалиции, третью и четвёртую — третий.

Вполне отработанный в мире и в России алгоритм при формировании коалиционных правительств и распределении парламентских комитетов и комиссий.

И получился бы мощный кулак, сотрясший собянинскую систему.

Я ещё раз напомню события января-апреля 1989 года. Были несколько популярнейших лидеров демократического движения — Ельцин, Сахаров, Гдлян, Афанасьев, Попов, Собчак. Тогдашние кремлёвские политтехнологи решили столкнуть Сахарова и Ельцина. Понятно было, что и тот и другой были бы избраны в столице. Поэтому Сахарова не выдвинули от Академии наук по положенной квоте ("Двухэтажный" и "двухсекторный" Съезд нардепов СССР был построен по схеме Земского собора — и партии, т.е. одна КПСС, и общественные организации имели свои квоты — от главпрофсоюза ВЦСПС была и Памфилова). Расчёт был на то, что москвич Сахаров идёт в родном городе, а Ельцин отправляется в Свердловск, превращаясь в провинциала. И затаивает обиду. Но знаменитый тогда Клуб избирателей АН СССР в феврале 1989 митингует у "Золотых мозгов" (небоскрёб Президиума академии на Ленинском проспекте) и вынуждает выдвинуть Сахарова именно от научного сообщества. А бывший глава столицы Ельцин получил возможность показать Горбачёву и Лигачёву повальную поддержку москвичей. Вместо грызни демократической оппозиции получилась "синергия" — и через год была отменена однопартийность, а Ельцин возглавил Россию и объявил её суверенитет.

Вместо подобной слаженности действий все наши вышеперечисленные деятели начали войну друг с другом. И все пролетели — "как фанера над Парижем".

Дополнительно: в "Яблоке" — отвратительный кризис, расколовший столичную организацию (которая полгода назад была формально крупнейшей в городе оппозицией с наибольшим числом оппозиционных муниципальных депутатов), а Гудков-сын потерял возможность сделать политический серфинг на угасающей волне своей популярности 2012-16 годов.

Гудков-сын, Яшин и Митрохин "подрезали" друг у друга подписи мундепов. Нищий у нищего грошик украл...

Публичная полемика об алгоритме праймериз, старательно выдержанная в утончённо-издевательском духе, превратила Яшин и Гудкова-сына в ярых противников.

Навальный, Явлинский и Собчак, имеющие очевидное влияние на своих коллег, ничего не сделали для урегулирования ситуации.

Я не понимаю, как могут претендовать на пост президента, мэра, губернатора, главы правительства, как могут рассуждать о кризисах современной мировой политики те, кто не может урегулировать проблему, которую учат разрешать претендентов на руководство свечного заводика и которую даже боссы двух-трёх ОПГ районного масштаба (естественно, при условии, что они не желают стрельбы) "перетёрли" бы за пару часов ресторанных посиделок!

В итоге всех ждал закономерный крах. Либеральные оппозиционеры заслуженно могут претендовать на "премию имени Дарвина" — за политическую самоотбраковку.

Всеобщий кумир Навальный всё более переходит на жанр еженедельного конферанса, ограничиваясь унылыми выпадами в адрес "мурзилоидов". Причём он явно не понимает (и это непонимание старательно подкрепляется его окружением), что его поддержка и харизма — это фокус общедемократической поддержки.

Нет отдельного феномена навальнианства. Есть навальнианское направление в демократическо-западнической оппозиции. Дискредитация всего либерального сегмента бьёт и по нему.

Таким образом, "холодная гражданская война" либералов, идущая за фантомы рейтингов, завершилась закономерно — "пришёл лесник и всех разогнал"...

Самое плохое в том, что при этом окончательно гибнет политическая демократическая оппозиция, чуть-чуть восстановившаяся после коллапса российского политического либерализма в сентябре 2016 года.

Если бы эти штукари губили только свою карьеру и карьеру своих сподвижников (те получают уход в небытие заслуженно — за то, что подъелдыкивают своим патронам, вместо того чтобы пытаться внушить им представления о реальности), но они опираются на политический капитал, заработанный мучениками демократического сопротивления. В том числе сотнями политузников современной России.

Евгений Ихлов