Из новой книги Валерия Зорькина сейчас цитируют фрагмент о смертной казни, в котором председатель Конституционного суда не только не исключил ее восстановления, но привел мнения авторитетов, которые высказывались за смертную казнь. Но более интересным представляется другой его тезис, связанный с предыдущим. О том, что "права меньшинств могут быть защищены в той мере, в какой большинство с этим согласно", поскольку "именно позиция большинства выражает народную ментальность со всей ее социокультурной спецификой в подходах к решению этических вопросов, связанных с различением добра и зла".
Такой подход вписывается в общий тренд на архаизацию, так как апелляция к "народной ментальности" может легко обосновывать самые разнообразные формы дискриминации. Но с ментальностью дело обстоит непросто. Например, запрет голосования женщин тоже в свое время объясняли мнением народа (но самих женщин при этом не спрашивали, а под народом понимались патриархальные главы семей). Николай II был искренне убежден, что дискриминация евреев соответствует мнению тогдашнего глубинного народа. Даже сейчас, когда регулярно проводятся опросы общественного мнения, выводы о "народной ментальности" стоит делать осторожно, так как многое зависит от формулировки вопроса, от эмоционального состояния общества, от степени его информированности и от многих других обстоятельств.
Есть еще один важный фактор, если вернуться к теме смертной казни. Позиция большинства в странах, где она существует, обычно в пользу ее сохранения – и эмоциональные факторы (от страха стать жертвой преступления до сочувствия жертвам и их родственникам) являются более сильными, чем научные аргументы. Поэтому политик, выступающий за смертную казнь, настаивает на референдуме – как Лукашенко в Беларуси (в 1996 году 80% населения предсказуемо проголосовали против отмены). А правительства, отменяющие смертную казнь, берут на себя политическую ответственность, принимая решения, противоречащие существующей на тот момент позиции большинства по этому вопросу. При этом они опираются на легитимность, полученную во время выборов – а у избирателей остается возможность наказать их на следующих выборах. Или не наказать – Франсуа Миттеран, отменивший смертную казнь во Франции в 1981 году вопреки тогдашнему мнению большинства, был переизбран на второй срок в 1988-м.
А дальше выясняется, что взаимосвязь гуманизации нравов и отмены смертной казни носит более сложный характер – не только гуманизация способствует отмене, но и наоборот. Люди на опыте убеждаются, что отмена смертной казни не ведет к росту преступности. Для новых поколений отсутствие такого наказания в уголовном кодексе становится привычным явлением – и, напротив, призывы к ее восстановлению выглядят стремлением вернуть уже ушедшее прошлое. В общем, с точки зрения российских консерваторов, "окно Овертона" в действии. А, по мнению либералов, происходит дальнейшая гуманизация нравов – и отмена смертной казни ей способствует.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
