Попы и царь-батюшка

В очередную годовщину расстрела Николая II, его семьи и приближенных Русская православная церковь вновь удивила общественность: "Было бы существенным шагом установить в столице памятник Николаю II, чтобы русский царь стоял в центре Москвы, а не где-то, как бы стесняясь", - заявил глава Издательского отдела Московского патриархата протоиерей Владимир Силовьев. А заодно напомнил, что в следующем году исполняется как раз 90 лет со дня казни в подвале Ипатьевского дома – круглая дата, чтобы почтить память канонизированного царя по достоинству.

Кто бы спорил – о предках нужно помнить, тем более о монархах-венценосцах, какими бы они ни были: великими или ужасными, грозными или тишайшими, действительно святыми или "кровавыми". Помнить хотя бы затем, чтобы в очередной раз не наступать на исторические грабли.

Очевидно, Николай II был не лучшим всероссийским самодержцем. Именно при нем территория Российской империи впервые не приросла новыми землями, а сократилась за счет Сахалина и Порт-Артура. При нем страну втянули в совершенно ненужную России мировую бойню. Последствия которой, помноженные на бездарную социальную политику, страшное имущественное неравенство, ограничения прав и свобод граждан, привели к логическому финалу: крушению самого самодержавия, к хаосу и смуте, к братоубийственной гражданской войне, а в далекой исторической перспективе – к "потерянному и проигранному" ХХ веку.

Царь, получивший народное прозвище "кровавый" по одним сведениям – после расстрела рабочей демонстрации тогдашних "несогласных" в январе 1905 года, а по другим – еще в день своей коронации, когда на Ходынском поле в жутком столпотворении погибли тысячи людей, доверял фрику-Распутину больше, чем аналитическим запискам министров. Царь, описывавший в своих дневниках охотничьи трофеи да погодные явления даже в судьбоносные для всего мира дни, дорого заплатил за непонимание "текущего момента". Заплатил собственной жизнью, жизнью супруги и всего потомства. Конечно, его казнь была не лучшим поступком тогдашних большевиков. Но и при любом другом раскладе событий вряд ли Николай II был бы удостоен хорошей участи и памяти, а потому – "по Сеньке и шапка": памятник работы скульптора Вячеслава Клыкова Николаю II установили еще в 90-е годы на глухой окраине столицы, в подмосковном селе Тайнинское.

Теперь же, как сообщает агентство Интерфакс, священнослужители присмотрели обронзовевшему венценосцу-неудачнику более достойное место… в самом центре Москвы, там, где до сих пор стоит себе и никому не мешает куда более удачливый Карл Маркс – традиционное место митингов граждан левых убеждений.

По словам протоиерея, нахождение в настоящее время в центре Москвы памятника Карлу Марксу – человеку, "которого уже почти никто не помнит ни у нас, ни в Германии", является, по меньшей мере, "странным". Этот монумент предложено передать в подарок родному городу Карла Маркса – Триру. О другом "подарке" – российским коммунистам, сторонникам АКМ явно умалчивается: очевидно, что отныне им будет попросту неприятно митинговать у ног канонизированного "кровавого" императора.

И церковники не ограничиваются только этой инициативой: представитель московского патриархата поддержал также идею переименования к 90-летию со дня расстрела царской семьи станции московского метро "Войковская", названной по имени одного из цареубийц, революционера Войкова, в "Петербургскую". А до кучи – идею переименования Ленинградского проспекта в Петербургский проспект.

-Удивительно, что еще остаются на карте нашей Родины имена цареубийц, а на карте столицы до сих пор сохраняется много названий, странных для нашего уха, но еще более странных для нашей души, - отметил Владимир Силовьев.

Для нас же куда более удивительно другое: сколь много инициатив, влияющих на общественное мнение, исходит в последнее время от церкви. Сколь тяжкий воз она – по Конституции отделенная от государства – пытается взвалить в последнее время на свои плечи. Возможно, название "Безбожная" - действительно, не самое лучшее на свете для улицы в городе, названном в честь Ногина. Но в цивилизованном и демократическом обществе подобные вопросы должны решаться путем референдумов на местном уровне – граждане, проживающие вокруг станции метро "Войковская", могли бы сами высказаться, как ее называть. Или жители Ногинска сами проголосовать бюллетенями – быть ли им жителями Богородска. Что же до столь весомого вопроса – кому стоять в сердце Москвы – Николаю II или Карлу Марксу – его не грех вынести и на общегородской референдум. Тем более, что подобные процедуры всенародного волеизъявления не потребовали бы существенных затрат: на носу парламентские и президентские выборы, с которыми было бы легко совместить любой всенародный опрос. Зато был бы сделан хоть маленький, но шажочек к построению гражданского общества, к приучению граждан мыслить и принимать решения самостоятельно, к осознанию того, что и от их мнения в этой жизни что-то зависит, а не только от мнения попов да царя-батюшки.

Нам же в очередной раз предлагают кардинально иное: очередную инициативу представителей не самой безгрешной организации, прикрывающейся авторитетом и святостью распятого две тысячи лет назад Спасителя. Инициативу, которая – как и льготная торговля "пороками человеческими": спиртными напитками да сигаретами – вряд ли принесет мир, вряд ли будет работать на единение общества.

Ведь даже в 90-е годы, когда накал антикоммунистических настроений был силен как никогда, представителям власти и тем более церкви и в голову не приходило стирать из календаря, к примеру, "красный день" 7 ноября. Теперь же его заменили на непонятный народу праздник – 4 ноября, и им с успехом воспользовались националисты всех мастей – от умеренных и вменяемых до откровенно фашиствующих, и отдельные лозунги "Русских маршей" смотрелись куда радикальнее коммунистических! Кто теперь может дать гарантию – к каким именно последствиям приведет установка очередного "бронзового истукана" напротив Госдумы и в сотне метров от Кремля, кто именно будет собираться у его подножия?

Комментируя церковную инициативу, депутат Госдумы от фракции КПРФ Нина Останина в интервью Интернет-порталу "Новый Регион" отметила, что снос памятника Карлу Марксу в сознании миллионов людей с "левыми" политическими взглядами будет мало отличаться от поступков воинствующих безбожников, уничтожавших церкви:

-Я отношусь к этой инициативе очень отрицательно. Не свойственно церкви вмешиваться в светские дела. У нас церковь отделена от государства, поэтому пусть прекратит диктовать: где, когда и кому устанавливать или переносить памятники, – сказала Останина. – Если Церковь хочет, чтобы к ней относились почтительно, представители коммунистической идеологии также хотели бы, чтобы и их "веру" уважали. Убрать памятник Марксу – то же самое, что снести церковь или храм. Интересно, как бы к такому отнеслась церковь?

Сергей Петрунин